Налетай, торопись – покупай живопись

 В свете развернувшейся жаркой дискуссии о художнике Адно и его творении вспомнилось мне посещение Музея современного искусства в Париже – так называемого «корабля», или Центра Жоржа Помпиду. Если честно, у нас глаза на лоб лезли от некоторых экспонатов. Что поделаешь – дикари.

Два этажа там отведено под такие направления, как живопись, инсталляция, фотография, дизайн. Много интересного, странного, никаких тебе Рембрандтов и Васнецовых с их понятными сюжетами. Вообще мы шли смотреть недавно открывшуюся там выставку Рериха и Матисса, но там было много других художников, дизайнеров, включая известных типа Кандинского.

Я, конечно, как человек интеллигентный и дабы не показывать свою полную отсталость от искусства, ходила молча, напустив на себя умный вид знатока малевичей, и изо всех сил пыталась найти в этих непонятных экспонатах, фильмах, инсталляциях и картинах что-то доброе и вечное. Муж же мой не из дворян шептал мне на ухо свои незатейливые комментарии и ржал как конь.

Разве хотели бы мы слышать только Моцарта и никогда – Цоя? Думаю, нет. Мир многообразен, и в этом его прелесть.

Так, в зале Матисса он сказал, что наша дочь – ей тогда было 12 лет от роду – рисует лучше прославленного Анри. В зале Рериха была инсталляция то ли «Девять стекол», то ли «Одиннадцать стекол»: просто большие стеклянные панели стоят друг на друге пачкой. На что мой муж справедливо заметил, что на нашем Строительном рынке такие инсталляции на каждом шагу. Но когда в одном из залов мы наткнулись на «набор мебели» из клетчатых китайских баулов с поролоном внутри – кресло и стол — муж сказал, что теперь он «видел в своей жизни все».

Из зала футуристов и прочего абстракционизьма я сама сбежала через 5 минут: после такого количества депрессивных и мрачных картин мне захотелось выброситься на асфальт. Еще были непонятного вида скульптуры, которые даже мне показались полным извращением над вкусом. Однако же вот стоят в центре Парижа и ничего! Были, конечно, и более понятные вещи для неискушенного ума. Например, картины Рериха, нарисованные в особой технике, когда кажется, что это фото, а не картина – очень реалистично.

Мы можем понимать или не понимать, принимать или не принимать разные формы и проявления искусства. Конечно, нам – ортодоксальным в большинстве своем – россиянам ближе Шишкин с его медведями, Кустодиевская «Купчиха», «Грачи» Саврасова. Но значит ли это, что искусство может быть только классическим, академическим? Конечно, нет. Мы все разные – и отсюда разные взгляды на мир. Кто-то любит собак, а кто-то кошек. Кто-то занимается спортом, а кто-то играет на фортепиано. Разве хотели бы мы слышать только Моцарта и никогда – Цоя? Думаю, нет. Мир многообразен, и в этом его прелесть.

А резиновые изделия среди людей встречаются гораздо чаще, чем на картинах…

Всем бобра! Дзен.