Тудор ЧЕБАН: «Хочу стать россиянином!»
Молдаванин из Якутии 18 лет добивается российского гражданства
В солнечной Молдавии у него осталось наследство — огромный дом с садом в деревушке неподалеку от Кишинева. Но от этого Тудор наотрез отказался. Вот уже 14 лет Тудор живет в Якутии и добивается российского гражданства. У него дом на Намцырском тракте, огород, рядом лес и простор, который он полюбил всем сердцем. Его мечта — получить российское гражданство, чтобы он мог, как он иронизирует: «Голосовать и брать кредиты»…
Хорошая опора
Мы встретились в Отделении социальной адаптации «Тирэх» Республиканского комплексного центра социального обслуживания , где директором работает Пахомова Наталья Николаевна. «Опора» — так переводится слово «Тирэх» с якутского.
В здании, которое раньше было гранильным заводом, а до этого еще каким-то производственным цехом, пахнет, как в медицинском учреждении.
Беру бахилы, иду в кабинет заведующей Саргыланы Диодоровой. Накануне она обратилась в редакцию с предложением: «Хотите написать хорошую жизнеутверждающую историю? Заодно и человеку поможем!» Как от такого отказаться?
В здании, я заметила, очень высокие потолки, много воздуха. И это хорошо.
— В другом помещении нам было бы очень трудно, — объясняет Саргылана Ивановна. — В каждой палате живет по пятнадцать человек, много лежачих больных. Если бы не потолки, воздуха бы не хватало. Всего у нас 80 коек и 20 в карантинной зоне.
Остался без ступней
В «Тирэх» часто привозят людей прямо из больницы, чаще после ампутации конечностей или инсульта. Так в первый раз попал сюда и Тудор, ведь, в отличие от многих постояльцев «Тирэха», у него есть свой дом, хозяйство и машина.
— Прошлой весной я охотился в лесу, и у меня сломалась машина, — рассказывает Тудор. У него легкий, но четко уловимый акцент. — Пока чинил, приехал, уже не чувствовал пальцы на ногах. Машина, к тому же, у меня неутепленная. Все оказалось серьезно. Вызвал «скорую», которая приехала только через два дня.
В СОТе, где молдаванин построил себе дом, нет адресов, поэтому врачи искали пострадавшего так долго. Отвезли в ожоговый центр.
— Мне ампутировали ступни, хотя, я думаю, если бы я попал в больницу вовремя, может, удалось бы спасти ноги. Да и, врать не стану, ко мне несколько дней в больнице никто не подходил. Лежал в коридоре возле туалета… Хотя лечил меня сын медицинского светила.
Мы немного спорим о методах лечения. Зная наших доблестных врачей, верю, что они сделали все возможное. И в любом случае причина «невнимания» не может быть в отсутствии гражданства. Наши мнения разошлись, но понять Тудора можно. Он ведь остался без ступней…
«Не могу сидеть без дела»
Но даже это не сломило дух принципиального и жизнелюбивого Тудора. Едва зажили культи, он с помощью специалистов «Тирэха» попал в Реабилитационный центр для инвалидов на Рихарда Зорге и, невзирая на протест тамошних врачей, довольно быстро научился ходить на протезах. Рано это делать нельзя, надо как следует заживить раны.
— Я и про хозяйство не забывал, — рассказывает Тудор. — Ползая на коленях, посадил весь огород. Только живность пришлось продать. Я раньше держал коз, птицу, продавал молоко и яйца, сам кушал.
Сейчас он довольно бойко ходит на протезах с костылями. В приусадебном хозяйстве «Тирэха» сразу взял все в свои руки, негодуя, что у соцработниц нет никаких навыков для выращивания овощей в теплице. Теперь только он ухаживает за огурцами и помидорами.
— С приходом опытного огородника огурцы действительно начали хорошо расти, — подтверждает Саргылана Ивановна. — Кроме этого, Тудор помогает своим примером другим нашим пациентам. Он никогда не унывает, всегда чем-то занят и умеет положительно воздействовать на других. Очень не любит лентяев.
В «Тирэхе» многие не хотят работать, считают, что за них все должны делать другие. Сотрудники привлекают работоспособных граждан к уборке территории, огороду, к мелкой работе на кухне. Мало тех, кто это делает с удовольствием. А вот Тудора даже просить не надо.
— Я не могу находиться в иждивенческом состоянии, — говорит мужчина. — У меня есть дети, внуки… Даже у них на иждивении я находиться не могу. Не могу сидеть на чьей-то шее.
«Я наш, советский!»
Тудору 59 лет. С 2000 года он живет в России, четыре года жил в средней полосе, работал в совхозе, а потом приехал в Якутию, где раньше него поселился родной брат. Он недавно скончался.
А Тудор работал в Якутии шофером, потом, как всякий пенсионер, стал тихо-мирно поживать у себя на даче, заниматься хозяйством. И намерен так жить и дальше.
— Я люблю Россию с малых лет, — говорит Тудор. — Я родился в СССР и считаю, что Молдавия — это советская республика. Я не выбирал этого президента, не голосовал за отделение от России. Это сделали политики, а не народ. Поэтому я себя чужим здесь не считаю.
— Что вам здесь так нравится?
— Природа… Охота, рыбалка… Простые люди. Это — огромное богатство, а не золото и бриллианты. Для тех, кто понимает, конечно же. Я люблю Россию и Якутию. Здесь мой дом.
— Вы были женаты?
— Да, но я развелся, потому что не смог простить измену. Я бы и сейчас женился, но не нашел такую женщину, которая могла бы радоваться тому, что радует меня. Работе, природе, огороду, тишине… Я бы мог жениться для того, чтобы стать гражданином РФ, но я хочу, чтобы все было по-настоящему, искренне…
— Вы пьете? — задаю бестактный вопрос, раз уж дело дошло до желания создать семью. Одиноких женщин в Якутии хватает.
— Врать не буду, по праздникам выпиваю, но меру свою знаю, до бессознательного состояния — никогда. Так и напишите. Вдруг найдется одинокая родственная мне душа.
«Приезжайте, чтобы отказаться от гражданства»
Все эти годы Тудор из года в год продлевает вид на жительство.
Все документы Тудора, по словам юристов социального приюта с российской стороны, в порядке. А вот с молдавской — нет. Родная страна требует, чтобы Тудор отказался от гражданства лично. То есть ему надо туда выехать.
А у Тудора денег нет, чтобы выехать туда. К тому же он сомневается, что после выезда в Молдову ему не придется начинать здесь все сначала.
— Может, вы были судимы? — задаю еще один некорректный вопрос.
— Нет, Боже упаси. В молодости, конечно, был отчаянный, но преступлений не совершал. Я очень законопослушный гражданин. По сути я мог и век свой дожить таким образом. Меня ни в чем здесь не притесняют. Гражданство даст мне возможность голосовать и брать кредиты. Кредитов мне не надо, прокормлюсь и огородом, а вот голосовать я буду. Путин, я считаю, не плохой президент.
После встречи с Тудором хочется так же безмерно, как этот молдаванин, любить нашу Родину. Как бы мы порой ее ни ругали, она у нас действительно хорошая.
