Медицина бежит впереди экономики

Что бы ни говорили скептики, медицина у нас, как и во всем мире, стремительно развивается. Еще вчера многие методы были высокотехнологичными, а теперь они становятся рутинными. Единственно, кто не успевает за этим галопом медицины — экономика!

К сожалению, на все, что умеют сегодня якутские медики, средств не хватает. К такому выводу я пришла, поговорив с заместителями главного врача Республиканской больницы № 2 — Центра экстренной медицинской помощи Александром Петровым и Гаврилом Собакиным о новых методах лечения.

Нейростимуляторы

— Я знаю, что в вашей больнице всегда стремятся ко всему новому, высокотехнологичному. Расскажите, пожалуйста, о новых методах лечения, которые вы внедрили или собираетесь это сделать.

— Наша первоочередная задача — оказание качественной медицинской помощи населению и сохранение здоровья наших пациентов, — говорит Александр Петрович. — Чтобы достичь главной цели, мы обязаны внедрять новые методы лечения. Обновления коснулись всех отделений нашей больницы. У нас их четырнадцать.
— Давайте перечислим самые важные…
— В отделении нейрохирургии начали установку постоянных нейростимуляторов при хронических болевых синдромах у людей с заболеваниями позвоночника, травмами. Аппарат находит точки в головном мозгу, отвечающие за болевые импульсы, устанавливает электроды и снижает боль. Существенно улучшается качество жизни. За минувший год установлена пара-тройка таких стимуляторов. Они очень дорогие.

Челюсть из ноги

— Большой прорыв совершили коллеги из отделения челюстно-лицевой хирургии, — подключается к беседе Гаврил Гаврильевич. — Они делают микрохирургию нижней челюсти с применением аутотрансплантата из малоберцовой кости на сосудистой ножке.

— Ауто — это значит из собственной?

— Да. Донором является сам пациент. Это тоже довольно сложный вид хирургических операций, там вживляется костная ткань, процесс довольно трудоемкий, длительный, но для людей, потерявших челюсть в результате травм или из-за онкологических заболеваний, такой выход жизненно необходим. По мере надобности наши врачи это делают.

Не резать, а прокалывать

— Как идет процесс перехода на лапароскопические операции?

— Оба наших хирургических отделения активно усваивают эндоскопические методики. Помимо удаления желчного пузыря лапароскопическим методом, начали удалять таким образом камни из внепеченочных желчных протоков.

— А можно ли выполнять эти операции не только планово, но и в экстренном порядке?

— Из экстренных лапароскопических операций существенно увеличили аппендициты. Сегодня уже более половины поступающих с таким диагнозом пациентов попадают на эндоскопические операции.
Еще в 2016 году мы делали 26 аппендицитов в год, это было пять процентов от количества всех операций по данному поводу. А сейчас уже в 245 случаях мы не режем, а заходим через проколы брюшной стенки.

— А как выбираете кого резать, а кого прокалывать?

— Мы не выбираем. Основной критерий — временной интервал, медицинские показания. Кроме аппендицита, удаляем эндоскопически желчный пузырь. Если в 16‑м году мы из 251 случая холецистэктомии всего 26 удаляли эндоскопически, то в минувшем году стали делать 245 операций. Это уже 80%.

Эндоскопят все!

— Если я не ошибаюсь, то с помощью эндоскопических стоек можно делать самые разные виды операций?

— Да. К примеру, артроскопия у нас тоже внедряет такие операции. Здесь они стоят намного дороже, очень высока стоимость расходных материалов. Это ВМП. Хирург проникает в сустав и под контролем видеоскопа ушивает связки или удаляет мениск, неправильно заросшие кости и т. д.

— Если расходные материалы сильно дорогие, то есть ли выгода от эндоскопических операций?

— Да, польза просто огромная. Но невидимая. Они позволяют сокращать время выздоровления, пациенты сохраняют работоспособность, что тоже имеет экономическую выгоду в целом. Для больницы, конечно, кроме экономии койко-дней, это сплошные расходы. И койки в нашей больнице не пустуют.
— Недавно мы делали сравнительный анализ и выяснили, что за семь последних лет количество операций у нас в больнице выросло на три с лишним тысячи, — показывает слайды Гаврил Гаврильевич. — Увеличилось количество экстренных операций с 6 до 9‑ти тысяч. Мы, врачи, не экономисты. Мы в первую очередь должны думать о пациентах.

Новая кожа

— Еще один проект, которым мы гордимся — выращивание аутофибробластов, — говорит Александр Петрович. — Проект реализуется совместно Минздравом РС (Я), СВФУ, московским институтом Вишневского и нашим ожоговым отделением. Грубо говоря, медики научились наращивать кожу, вставляя точечно фибробласты на раны. В минувшем году эта методика была внедрена и нынче собираемся ее развивать. Финансовые средства предусмотрены.

Обратная сторона медали

— Хотелось бы задать вопрос и о развитии трансплантологии. Ведь это именно в вашей больнице констатируют смерть мозга, после чего возможны манипуляции с выемкой органов.

— Юридические моменты все отработаны, механизм имеется. Наша больница в данном случае видит только оборотную, самую нелегкую в моральном плане часть развития трансплантологии в Якутии. Очень тяжело  констатировать смерть мозга, это огромная психологическая нагрузка на наших врачей…
За минувший год было 4 изъятия, а зафиксировано всего 8 случаев смерти мозга. Работа тяжелая, и кому-то это нужно делать. Поскольку экстренные больные попадают к нам, от этих обязательств мы отказаться не можем. Также с воодушевлением следим за всеми успехами наших коллег из Медцентра. Они в скором времени начнут делать пересадку сердца.

О чем мечтают врачи РБ № 2?

— У вас так много инноваций, что не хватит площади статьи.

— Мы еще не рассказали про телемедицину, тромбоэктомию…

— Надеюсь, еще будет возможность. А можно спросить, о чем мечтают врачи вашей больницы?

— Конечно же, о новом здании. Площадей не хватает, медицина развивается, стандарты сегодня совершенно другие. Даже медцентр не соответствует новым стандартам, что уж говорить о нашей больнице. Может быть, когда-нибудь этот день настанет.

— Желаю, чтобы ваши мечты сбылись!

«Якутия», 7.03.2018 г.