Хроника времен Тараса Десяткина

Вчера, 14 февраля 2018 года, ушел из жизни легендарный Тарас Десяткин. Давайте вспомним его яркую жизнь, и поможет нам в этом статья «Хроника времен Тараса Десяткина», которую наш коллега Юрий Карпов написал пять лет назад, накануне 85-летнего юбилея Тараса Гавриловича. Автор был очень хорошо знаком с Десяткиным.

Та статья, конечно, начиналась с даты: 26 апреля. День рождения Десяткина. Далее автор пишет о своем герое:

«Это личность, соразмерная целой эпохе в становлении и развитии не только добывающей промышленности страны, а вообще промышленности в Дальневосточном регионе и Якутии – в частности. При его непосредственном участии зарождалась добыча алмазов, на недостижимую до сих пор высоту была поднята добыча золота, угля, олова. По его инициативе налажена переработка сырья, развилась ювелирная отрасль промышленности. С его участием строились новые поселки и города на территориях, о существовании и местонахождении которых порой не знали даже руководители промышленности страны и просили Тараса Гавриловича в Москве показать на карте, где находится тот же Депутатский».

В тексте приведена примечательная цитата из книги Тараса Десяткина «Люди, золото, алмазы»:

«Сегодня для меня совершенно очевидно, что именно на годы, которые с легкой руки Михаила Сергеевича Горбачева стали называть «застоем», пришлось время самой интенсивной и интересной работы, бурного развития золотой, алмазной, угольной промышленности Советского Союза…».

О становлении личности, юности Тараса Десяткина:

«Тарас Гаврилович родился в селе Тюнгюлю Мегино-Кангаласского района республики, но поступил в школу и закончил ее в Якутске…

По сути дела, с поступлением в Магаданский горный техникум детство у него закончилось, началась самостоятельная взрослая жизнь в отрыве от родительского крова.  Это учебное заведение было в ведении не Министерства образования, а МВД. В период учебы, особенно во время практики, курсанты видели все ужасы лагерной жизни, так что палочная дисциплина на приисках и горных участках, когда конвоиры забивали заключенных, была не самым страшным зрелищем. Но тогда же проявились у Тараса и воля, и организаторские способности. Он начал избавляться от заикания, стал больше общаться, разговаривать, начал редактировать стенгазету. Техникум Тарас закончил с красным дипломом в 1951 году. Это давало право продолжить учебу в высшем учебном заведении без предварительных экзаменов. Так Тарас стал студентом Ленинградского горного института».

Для большинства нынешних якутян имя Десяткина связано прежде всего с «Якутзолото», но вот интересно – что было до этого?

«Первую студенческую практику Тарас провел в шахтах Воркуты. Контингент шахтеров, как и на приисках Магадана, составляли каторжане. Те же вышки с часовыми и пулеметами, та же колючая проволока, те же бараки. В шахте Тараса поставили помощником машиниста угольного комбайна. Угольная пыль, недостаток воздуха, грохот комбайна, тяжелая работа, опять же, «контингент» людей, которые трудились рядом, — все это не повлияло на уверенность в том, что профессия избрана верно.

Перед защитой дипломной работы Тарас успел поработать в Черемховском угольном разрезе, а по пути решил посмотреть Кангаласский угольный разрез, где он должен был трудиться по распределению после окончания института. Вся механизация угольного разреза в ту пору представляла собой вагонетки на конной тяге, а на места уголь отправлялся на речных баржах. Здесь созрело решение набраться дополнительного опыта работы на современных высокомеханизированных шахтах Донбасса, Урала или Кузбасса.

На комиссии по распределению он так и заявил: «Хочу повариться на современном производстве, а уж потом ехать домой. Пользы от меня в Якутии будет больше». Уже тогда он понимал свое предназначение. Так он продлил свою практику на Урале в шахте «Капитальная».  Начал там горным мастером, но быстро дорос до начальника подземного участка. Проработал там всего год, хотя мог бы и остаться, но, как сам говорит, приобретенный там опыт, практические навыки были просто неоценимы для работы на родине.

В Кангалассах его ждали, он был назначен на должность главного инженера и сразу включился в работу, которая была начата его предшественниками, по механизации. Установили угольный комбайн, углепогрузочные машины, запустили электровозы, соорудили причалы.

Этот опыт пригодился, когда Десяткин был назначен главным инженером, а затем и начальником шахтоуправления «Джебарики-Хая». К лету 1959 года шахта была полностью реконструирована, а построенные тогда дома, причалы, административные здания служат до сих пор.

Конец пятидесятых, начало шестидесятых годов определяются как пора перемен. Был ликвидирован «Дальстрой» МВД, менялись вожди, система управления промышленностью, создавались и ликвидировались совнархозы…

Как бы то ни было, только летом 1961 года Тарас Гаврилович «сменил уголь на алмазы». Его назначили главным инженером рудника «Мирный» треста «Якуталмаз».

О работе в алмазодобывающей промышленности – не просто сухие строки биографии, но и суждения самого Тараса Гавриловича:

«Как он сам говорит, масштабы и задачи нового для него производства просто ошеломляли. Именно ему по должности приходилось решать все инженерно-технические проблемы добычи алмазов. Это было особенно сложно, потому что опыта такой работы не было не только у него, а вообще в стране.

Тарас Гаврилович особенно подчеркивает, что рудник «Мирный» в те годы был своего рода испытательным полигоном для дальнейшего развития добычи алмазов, на котором отрабатывались технологические схемы, доводка всех механизмов новейшего оборудования и техники.

Вскоре с должности главного инженера рудника он вырос до заместителя генерального директора всего производственного объединения «Якуталмаз».

Видимо, сказалась не только его техническая подготовка, но и проявившиеся навыки управленца, организаторские способности, умение и смелость принимать порой рискованные решения и успешно их осуществлять».

И вот, наконец, «Якутзолото»:

«Все это не могло быть не замечено руководством республики Первый секретарь обкома партии предложил ему в 1971 году возглавить объединение «Якутзолото».

Это был очень сложный период в развитии отрасли. В руководстве республики одни отстаивали преимущественный способ добычи золота традиционный старательский, другие были за государственный.

Статистика была в пользу старателей. Если государственные предприятия за пятилетку увеличили добычу всего лишь на девять процентов, то старатели — более чем в три раза. Это противоречило мнению партийного руководства. Строительство золото- и оловодобывающих предприятий фактически было приостановлено.

Десяткин предпочел золотую середину – дипломатично не ущемлять старателей, а на государственных предприятиях произвести перемены в технической политике, то есть всерьез взяться за рудное золото, используя преимущества индустриальных методов добычи металла. Уже через два месяца после его назначения приказом министра цветной металлургии СССР в Якутске бы организован филиал проектно-изыскательского института.

Началась серьезная работа по внедрению подземной самоходной техники, автотранспортной схемы добычи руды и песков, методов механизации всех процессов, прошла модернизация дражного флота. Одновременно работали и старатели, которых удалось сохранить. Внедрялись совершенно новые способы добычи. Успехи были очевидными, но Десяткину не простили защиту старателей. Когда встал вопрос о награждении «Якутзолота» орденом Ленина, награду коллективу снизили по рангу до ордена Трудового Красного знамени.

Под конец карьеры Тарас Гаврилович так и не успокоился. Он организовал то, что надо было делать давно – наряду с добычей драгоценных камней и металлов организовал их переработку. Продавать не сырье, а производство изделий из него.

P.S.

Гаврил Романович Десяткин, отец Тараса, в деревне Тюнгюлю Мегино-кангаласского района на праздничных соревнованиях поднял камень весом 387 килограмм и пронес его несколько шагов. Этот камень и сейчас хранится там. И каждый летний национальный праздник якутские богатыри пытаются сделать то же самое. Даже с системой лямок и других приспособлений до сих пор никто не смог повторить этот рекорд. Никто, кроме сына. Тарас поднял и пронес ношу покруче».

С тех пор, как была написана эта статья, прошло почти пять лет. Тарас Гаврилович Десяткин скончался, совсем немного не дожив до своего 90-летия. Светлая память.