Два варианта кремлевского мониторинга

Все-таки кому в помощь направлен новый мониторинг: крупным компаниям или регионам? Экономика или политика выйдет на первое место на период до мая 2018 года?

Кремлевская администрация с апреля начинает мониторинг ключевых отраслей экономики, которые способны негативно повлиять на общественно-политическую и социально-экономическую обстановку в регионах. В источниках указано, что только по линии Минэнерго под внимательный взор подпадут порядка 40 компаний: «Мечел», «Роснефть», «Лукойл», «Транснефть», «Газпром», «Новатэк», «Энел Россия», «Росэнергоатом», «Иркутскэнерго», «Русгидро» и другие. А упоминаются еще Минтранс и Минпромторг.

В комментариях разъясняется, что отчитываться надо будет по следующим параметрам: компании обязаны предоставлять доклады о наиболее чувствительных событиях, проанализировать каждый «риск» и источник его проявления (событие или условие, в том числе принятие или непринятие нормативного правового акта), оценить вероятности возможного наступления «риска», выдать варианты его локализации, ликвидации или минимизации последствий, заодно определить группы населения в зоне «риска».

Для якутян, ждущих «подвохов» от крупных недропользователей, вроде все выглядит хорошо: помимо постоянного мониторинга со стороны надзорных органов и региональных органов власти еще и сами компании будут отчитываться даже по потенциальным рискам. Но ведь, если я не ошибаюсь, все это уже и так предусмотрено регламентами? И здесь появляется поле для версий.

Вчитываемся в новость внимательнее. Компании должны будут ежемесячно предоставлять такие отчеты в профильные министерства, то есть в правительство, а уже оно, в свою очередь, отчитываться перед кремлевской администрацией. Что здесь может быть не так? Сразу бросается в глаза, что из цепочки исключены как раз региональные органы власти. Это не считая огромного дополнительного объема отчетности.

Тут же повторяем вопрос: а разве ранее анализ рисков не проводился? Впрочем, пресс-секретарь Дмитрий Песков заявил, что все будет происходить в русле обычного обмена информацией. Но ведь он не сказал, что это будет просто акцент на определенную часть обычной информации, а отметил русло обмена – это все же канал, по которому, выходит, пойдет дополнительный ежемесячный поток отчетов.

Далее: компании отчитываются по потенциальным рискам от своих действий и предлагают способы минимизации или ликвидации последствий напрямую федеральному правительству и в Кремль, на самый верх вертикали. С одной стороны, предполагается, что федеральные власти решили сами заняться всеми потенциальными конфликтами, чтобы пресекать их на уровне планирования, то есть отрабатывать напрямую с компаниями. Но есть и другая сторона вертикали: спускать в регионы указание, мол, у вас там наметился риск, сделайте так, чтобы он был без последствий.

Еще один любопытный момент: мониторинг будет проводится до мая 2018 года. Это, конечно, не март, когда пройдут выборы, но и не январь, не декабрь, и не бессрочная перспектива по мере необходимости. Да, вроде бы ровно 12 месяцев и все. Но в привязке с политической и социально-экономической ситуацией в регионах кроме выборов на ум ничего не приходит.

Поэтому возникает вопрос: кого все-таки собирается мониторить кремлевская администрации – компании или региональные правительства? Пессимистичная версия: в условиях «турбулентности в экономике», когда федеральный Минфин очень озабочен наполнением бюджета и ростом прибылей компаний, основной целью мониторинга станут регионы. И именно с регионов станут спрашивать за минимизацию и ликвидацию рисков.

С другой стороны, все-таки кремлевская администрация – не Минфин, и преследует, в первую очередь, политические цели, поэтому предположим, что речь идет о помощи, которую Москва окажет регионам в недопущении конфликтных ситуаций или ухудшения обстановки вследствие каких-то шагов со стороны крупных компаний.

Вот такие две версии. Но их может быть больше.