Аэропорт имени… Кого?

Наблюдаю я из своего провинциального посёлка за столичными муками, в чью честь назвать аэропорт Якутска. В самой идее присвоения имени аэродрому ничего плохого не вижу. Существует же, к примеру, аэропорт имени Шарля де Голля в Париже. И сам де Голль в свою бытность не подозревал, не ведал, что выпадет ему такое счастье, а вот надо же — свершилось.

Станет международный аэропорт Якутска носить чье-то великое имя.  Замечательно? Вполне. Что-то это поменяет… Ну, не знаю…

Начну с того, что достойных сынов и дочерей республики достаточно и выбрать лучшего сложно. И по каким критериям мерить заслуги кандидатур на роль донора имени мало кому понятно.  Одни предлагают политиков, другие деятелей искусств, третьи авиаторов. И все так или иначе правы в своих убеждениях.

Но вернемся к нашим реалиям. Здание аэропорта, конечно, красивое и внушительное, и даже с головой орла в авангарде. На этом всё. Дальше начинается «человеческий фактор».

Я выскажу только свое, сугубо личное мнение. Возможно, оно не будет поддержано большинством, потому что только мне так «везло», а все остальные окажутся вполне довольны сервисом.

Абсолютно неприятное воспоминание от работы сотрудников аэропорта (не всех) – вскрытые багажные сумки. Что искали в моем командировочном багаже, остается загадкой. Ничего не взяли, но замочек вскрыли и в  саквояже здорово порылись. Наверно, разочаровались в содержании – вещей мало и все мелкие. Когда я пожаловалась знакомому на происшествие, он уныло отмахнулся – бывает у нас.

Отношение персонала к пассажирам не всегда лояльное, с налётом «да как вы достали». Не всегда, не у всех, но чаще именно такое. Резкое рявканье «готовьте бирки от багажа». Правило такое – сверять бирки, и оно вполне имеет место быть и даже обосновано. Но ведь к людям можно и вежливо обратиться. Это несложно. Однажды багаж проверяли сразу два сотрудника, и один не заметил, что я уже «предъявилась», и крайне фамильярно дернул меня за руку: «Покажите вашу бирку». Ерунда, опять же, но не было у меня подобного опыта в других аэропортах.

Я давно прохожу регистрацию онлайн и сама выбираю место. Проблем на этом отрезке пути к самолёту у меня не возникает. Но нередко читаю в соцсетях, как на просьбу дать талон на определенное место или посадить кого-то рядом очаровательные леди за регистрационной стойкой реагируют весьма удивительно – они исполняют просьбу пассажира с точностью до наоборот. Почему? Зачем?

Прохождение досмотра на посадку доброжелательным также назвать сложно.  Тут можно встретить приятных, милых людей, но чаще происходит по-другому. Пассажиры не могут организоваться, суетятся. И это заметно раздражает персонал.  Они что-то буркают в толпу и всеми мышцами лица выражают недовольство. Пассажиры смущаются, теряются и суета увеличивается. Кстати. Зимой проходить досмотр неудобно. Людей много, а мест, где можно приткнуться, снять верхнюю одежду и положить её спокойно в ящик – мало.

Последний мой прилет ознаменовался фантастическим событием. Багаж прибыл на ленту раньше, чем мы зашли в здание аэропорта. И не потому, что грузчики оперативно сработали, а потому что мы в продрогшем автобусе долго ожидали, когда же нас доставят от борта к зданию. Моим рейсом летели пара пожилых людей-инвалидов и человек с травмой позвоночника.  К нашему АН-24 не подходят удобные широкие трапы, даже нам, молодым и резвым сложно спускаться по хлипкой и скользкой металлической конструкции. А представьте старенькую бабушку, которая едва ходит. И дедушку с костылями на одной ноге.  Когда эти двое героически сами спустились с трапа, ни один из сотрудников авиакомпании или аэропорта, стоящих на взлетном поле, не помог им. Автобус ждал пассажиров в скромном отдалении, и расстояние для пожилых людей получилось немалое. Хорошо парни из числа пассажиров пришли на помощь. Затем мы созерцали, как спускают с трапа носилки с травмированным человеком, как уносят его в машину реанимации. И только после этого замерзшие и вымотанные ожиданием поехали в порт.

Вот казалось бы – мелочи бытовые. Как сказал бы Карлсон, который живет на крыше: «Пустяки, дело-то житейское!». Но нескладненько это всё как-то. Недотягивает до уровня, когда можно присваивать имя известной личности. Может, сначала привести внутренний сервис аэропорта в соответствие со статусом  международного, а уж потом с чистой совестью присваивать имя?